Пресса

Театральная премьера: И мещане любить умеют

«Сезон закрыт! Да здравствует сезон!» — так напутствовал последнюю премьеру 77-го театрального сезона БГАДТ имени М. С. Щепкина его руководитель, заслуженный деятель искусств В. И. Слободчук.

Подарок перед летним театральным «антрактом» сделал публике приглашенный из Москвы режиссёр, заслуженный артист РФ Валентин Варецкий. С этим режиссёром Белгородскую драму связывает давнее сотрудничество: в 1989–93 годах Варецкий был главным режиссёром нашего театра. Но и потом постановки этого мастера с успехом шли в Белгороде: «За двумя зайцами», «Женитьба», «Ханума» (последний спектакль — репертуарный старожил-рекордсмен — делает аншлаговые сборы уже десять лет!).

Театральный сезон в Белгороде закрывается премьерой

Удивительного в этом ничего нет: Валентин Варецкий признанный мастер комедии. Умеет «жать на педали», вызывать в зале гомерический хохот. Юмор его постановок — простой, «народный», не замороченный, тысячу раз проверенный, находит в публике мгновенный отклик.

Не разочаровала в этом смысле и постановка мольеровской пьесы о тщеславном мещанине Журдене, потешающем всех неуклюжими попытками «прорваться» в высшее общество. Хотя тортом по физиономии никто не получил, но падения в фонтан вверх панталонами случались, и не раз...

Игорь Нарожный в роли Господина Журдена, мещанина

Сценография художника Марины Шепорневой сразу погрузила в безвкусно роскошный интерьер, созданный в доме Журдена: повсюду гобеленовые ширмы с идиллическими пастухами-пастушками, вышеупомянутый мраморный фонтан, драпировки, «гламурные» цвета.

Клеон (Дмитрий Гарнов) и его слуга Ковьель (Антон Блискунов)

И сам Журден (артист И. Нарожный) одет в камзол «в жутких розочках», как говаривала героиня одной культовой кинокомедии. Лицо нарумянено — а как же, ведь герой намерен приударить за настоящей светской дамой! Весь арсенал соблазнения задействован — танцоры разучивают танцы для званого обеда, певцы репетируют серенады, а хозяин спешно учится грамоте, чтобы написать любовную записку...

Игорь Нарожный (Журден) и Андрей Зотов (учитель философии)

Актёр хорошо сумел передать двойственность переживаний Журдена: он и пыжится проникнуть в дворяне, и наивно верит сказкам тех, кто уловил слабое место хозяина и использует его в своих целях: мол, отец его был «из благородных». Но чувствует себя в этой новой для него роли крайне неуверенно, и на лице его (когда закружит водоворот интриги, в которой ему отведена роль шута горохового) то и дело возникает гримаска растерянности...

Госпожа Журден — Эвелина Ткачёва

Режиссёр смешал в спектакле «французское с нижегородским» — очевидно, это сознательный приём, призванный подчеркнуть кичевость самодельного аристократизма Журдена. Да и происходящих в спектакле событий, по большей части напоминающих театрализованную сказку, особенно в сцене мнимого посвящения Журдена в дворянский титул «мамамуши».

Посвящение Журдена в дворянский титул «мамамуши» (фото Натальи Козловой)

Тут и тарабарский язык, и ходули мистификатора Ковьеля (арт. А. Блискунов), придумавшего это посвящение, чтобы помочь соединению влюбленных — своего хозяина Клеонта (арт. Д. Гарнов) и дочери Журдена Люсиль (арт. Ю. Гарнова). В речи персонажей пьесы можно уловить самые разнообразные акценты современной России — от кавказского «пириятно» до новорусской манеры растягивать слова, а также реминисценции из фильмов («Мамой клянусь!») Более того: псевдоаристократ Журден разговаривает с белгородским фрикативным «г»!

Доримена, маркиза (заслуженная артистка РФ Оксана Бгавина)

Пьеса, между прочим, была написана Мольером по заказу короля Людовика, в реальности ставшего жертвой похожего розыгрыша. Людовик со всем почётом и блеском принял однажды делегацию турецкого султана, оказавшуюся самозваной... Ради сохранения королевского лица Мольер написал смешную пародию на церемонии турецкого двора: тут и мулла, и одалиски, и тарабарский язык...

Роли восточных танцовщиц исполнили студентки театрального факультета Белгородского государственного института искусств и культуры. Пели артисты нашего театра в живую, спрятав лица в букеты-микрофоны, — по-русски и, кажется, по-французски.

Господин Журден (Игорь Нарожный)

Музыкальные номера также блистали эклектичностью — мещане 17 века исполняли французскую попсу XX века, самые известные европейские шлягеры — от «Бесамэ мучо» до «Призрака оперы», группы «Квин» и Уитни Хьюстон. Массовостью выхода певцов и танцоров, пышностью нарядов постановка напомнила варьете. И публика, телевизором давно приученная стремиться потреблять «три в одном», была довольна: артисты рассказали занимательную историю, спели известное, зажигательное, станцевали почти что балет, пошутили-попародировали не хуже КВН...

Терецкая церемони (артисты БГАД им. Щепкина и студенты БГИИК), фото Натальи Козловой

Из актерских работ выделялись убедительностью типажей Журден Нарожнего, госпожа Журден Эвелины Ткачевой и хитроумный слуга Ковьель Антона Блискунова. Только жаль, что в иные моменты сцены между персонажами несколько тонули в плотной и энергичной массовке.

Впечатление сложилось, что спектакль слегка недорепетирован: и фонограмму заедало, ломая ритм постановки, и исполнители некоторые реплики («А вот и она!») произносили прежде, чем «она» появлялась на сцене. Публика на это, впрочем, внимания не обращала, и спектакль приняли с традиционными овациями и криками «браво»!

Надо думать, его ждет на сцене Щепкинского театра долгая и счастливая жизнь.


Специально для  А-фишки, Варвара Белкина

 Дата публикации: 31.05.2013

01.06.2013, 939 просмотров.

  • Bus.gov
  • белпресса
  • Гранты
  • клуб31
  • конкурс
  • Памятные даты
  • Профсоюз_работников_культуры
  • Год театра
  • Госуслуги
  • Управление культуры