Пресса

Почему умирает любовь

Станислав Мальцев, ныне главный режиссер Иркутского академического драматического театра имени Н.П. Охлопкова, поставил на белгородской сцене уже четвертый спектакль. Что называется, пришелся ко двору - его очередного приезда ждут и актеры, и зрители. Есть такое немодное слово - «душевно». Так вот, там, где Мальцев - там душевно. Не в том смысле, что сладко и слезливо. А в том, что - о душе и по душе.

Уже несколько лет идет побившая все мыслимые кассовые сборы в городе комедия «Любовь и голуби» В. Гуркина в постановке Мальцева. Затем была «Земля Эльзы» Я. Пулинович, арбузовские «Жестокие игры». Все пьесы - отечественные. Близкие, понятные. Вот и новая постановка в БГАДТ - по советскому классику Александру Володину.

Из совсем небольшой по объему пьесы «С любимыми не расставайтесь» Станислав Мальцев сделал полноценный двухчасовой спектакль. Как бы развернув, распаковав володинский текст, который здесь нарочито сух настолько же, насколько скупы и лишены эмоций настоящие протоколы судебных заседаний, постановщик удивляет разнообразием и разноцветьем того, что происходит на сцене.

Спектакль начинается видеороликом. Еще горит свет в зале, а на экране уже идут кадры реальных белгородских свадеб, предоставленных для спектакля оператором Сергеем Заевым. Звучит песня Игоря Николаева «Ты даже не знаешь, как ты прекрасна». Действительно, невесты прекрасны - лица, освещенные счастьем, не сравнимы ни с какими другими, и не виноваты в этом ни прически, ни макияжи, ни обязательные маникюры френч. Но... несмотря на радостное настроение видеоряда, у зрителя сразу появляется ощущение тревоги - оно было бы, даже если б видео не комкалось в финале непраздничным шипением.

Колесо обозрения в декорации, созданной художником-постановщиком спектакля Мариной Шепорнёвой - как колесо судьбы. В тесных корзинах любимого советского аттракциона, кажется, заперты семейные пары. Которые, как сказал классик, если счастливы - то одинаково, а если несчастливы - то своим собственным, непохожим на другие, несчастьем. Где остановится колесо? Кто захочет сойти, разорвать этот круг, предпочтя одиночество обществу того, с кем еще недавно мечталось «долго и счастливо, и умереть в один день»?

Колесо здесь перекликается и с нелинейным повествованием спектакля. Кажется, его можно начать смотреть с любого момента: развод, свадьба, снова свадьба и опять развод. После тяжелых сцен суда нам показывают те же пары, но за энное количество лет до событий. Поэтому ярок контраст между ослепительным хохочущим счастьем и мрачным настроением расставания. Привычно рассыпающий остроты в микрофон массовик-затейник Валера (Андрей Манохин) - то ли Купидон, то ли Мефистофель, вращающий бесконечную свадебную карусель. Не веселят эти свадьбы, ох, не веселят, хотя зрители радуются поначалу Валериным шуткам, знакомым залихватским мелодиям. К слову, можно снобистски пофыркать, оценивая аудиоряд постановки - здесь тебе и «Свадебные цветы» Аллегровой, и «Фантазер» Евдокимова, и «Я люблю тебя до слез» Серова, но разве не это и звучит на настоящих свадьбах? Зато как умело и точно воздействуют на зрителя две песенные версии знаменитого стихотворения Александра Кочеткова «С любимыми не расставайтесь» в исполнении Наргиз и группы «УмаТурман». Мало кому удастся, растрогавшись, не расплакаться - хотя бы раз за два часа.

Как и пьеса Володина, спектакль соткан из эпизодов, ярких кусочков. Бойко стучит по клавишам пишущей машинки секретарь суда (Анастасия Замараева), устало садится в рабочее кресло судья (Марина Русакова) - все знающая, все понимающая, но не властная над чужими жизнями. По пяти минутам диалогов в суде можно представить историю отношений каждой из разводящихся пар. Бытово, бесстрастно, с канцелярским цинизмом обсуждается то, что разобрать по полочкам невозможно. То, как умирает любовь.

Вот Козловы (Нина Кранцевич, Илья Штейнмиллер). Оба рослые, красивые. Очень нервные, особенно жена, комкающая в руках платок. Она с трудом сдерживает рыдания. Он прячет переживания, хамовато огрызаясь в ее сторону.

Вот Керилашвили. Юная Лариса (для актрисы Валерии Клетнёвой это всего лишь второй спектакль в театре) похожа на студентку-отличницу из хорошей семьи. В глазах - растерянность, текст будто заучен. Ее мать, тоже явившуюся в суд, Ольга Решетова играет точно, не жалея злых красок: именно она - тот острый угол треугольника, который привел молодую семью в суд. Достоверен Сергей Денисов в роли Давида Керилашвили: в едва угадываемом грузинском акценте - актерское чувство меры, в сдержанной интонации - любовь к жене, отчаяние и надежда. С надеждой на их семейное счастье остаемся и мы, зрители.

Мироновы. Моментально вспоминаются примеры из жизни, когда смотришь на двух людей и не понимаешь: как и когда могла их, таких отличных друг от друга, свести причудливая судьба? Мироновы - из таких. Разных, но неуловимо единых, связанных. Звучит «I want to break free» Фредди Меркьюри, и выходит танцевать Миронов (Илья Васильев), вызывающе смотрит на опешившую Миронову (Юлия Волкова). Да, он хочет освободиться. Да, он, такой лощеный и начитанный, презирает хлопотливую простушку-жену. На вопросы судьи отвечает язвительно, не выпуская из рук книгу, а на книге написано «Я» - как лозунг его существования. Такими же фарсово разными предстают в суде Шумиловы. Здесь многим даны имена - и Шумилову (Вероника Васильева) зовут Анжела. Яркая красотка в брюках-бананах, вся подвижная, даже дерганая. Она хочет танцевать, а муж - этакий увалень-молчун (Владимир Кубриков) все время пытается увести, угомонить, погасить... Но как-то сразу понимаешь, что эти двое не могут врозь, просто у них такие правила игры: после скандала - колечко в подарок, и вот уже Анжела, визжа, виснет на довольном супруге. А вот Беляевы не скандалят - просто муж (Дмитрий Евграфов) давно ненавидит жену. «Столько людей не любят друг друга и живут», - эти слова сказаны актрисой Надеждой Пахоменко тихо и, пожалуй, страшно. Она права, эта холеная, прячущая глаза за тенью шляпы, Беляева. Не любят и живут. Зачем? Кто наказал тысячи несчастных пар, обреченных снова и снова тащить свой брак, как Сизифов камень, на придуманную вершину?

Но есть и исключения - как Никулины, чье появление, в отличие от пьесы, перенесено режиссером почти в финал. И это оправдано - их линия выстроена интересно, мощно, перекликаясь с темой главных героев и даже соревнуясь с ней по важности, по месту, отведенному в спектакле. Наталья Зуева в роли Никулиной невероятно убедительна, и чем суше, немногословнее роль, тем более достоверным становится образ. Пожилая женщина, вжавшая голову в плечи, будто ожидающая удара - но ведь он уже произошел, этот удар. Муж, с кем пройдено, прожито тридцать самых важных и дорогих женских лет, выбирает другую. Не уступает мощью впечатления и работа ее партнера - Ивана Кириллова, чей монолог вдруг неожиданно оборачивается словами Ильина из другой пьесы Володина, «Пять вечеров». Судья, убеждающая Никулиных не рушить семью, вдруг замолкает, задумчиво снимает очки - и оказывается той самой, единственной, из-за которой и вершится никулинский развод. И она же - Тамара из «Пяти вечеров». Смело? Но из зала такой поворот видится весьма оправданным - так тонко, деликатно, актерски умно ведет Марина Русакова свою героиню к развязке. Слово «развязка» здесь, к слову, может носить двойной смысл - не только финал действия, но и обрыв отношений, так и не сбывшихся. Развязаться и забыть, потому как невозможно игнорировать преданность другой женщины, которая делает во имя счастья любимого то, на что мало кто способен: отпускает.

Может быть, излишним в короткой, но предельно мелодраматичной истории Никулина-Ильина кажется только силуэт танцующей пары на заднем плане: парня в военной форме и девушки, которые появляются, уж слишком явно иллюстрируя события из прошлого героев.

Сразу две роли отдал Мальцев Оксане Бгавиной. Вначале она - Женщина по обмену, приходящая к Лавровым из-за объявления. Пластика, руки, интонации - все нелепое, неловкое, из-за чего образ получился почти комедийным. Насколько фарсово актриса предстает в этой роли, настолько же искренне, серьезно, и вместе с тем слегка иронично Бгавина играет Медсестру в финале. Исповедальным выглядит ее монолог: «Были встречи...Расставания...С одним человеком. С другим человеком». Замкнулось кольцо действия. Была ли одинокая Женщина по обмену Медсестрой - позже или раньше? Случайно ли сроднены они режиссером? Может быть, два этих образа - символы женских качеств: мудрости, хрупкости и... силы. Ведь там, где про любовь - всегда про женщин.

Но главные все же в этом спектакле - Лавровы, их развод, и именно на его трагическом фоне мелькают другие события... Дуэт Валерии Ерошенко и Романа Рощина, супругов в жизни, но впервые сыгравших пару, стал бесспорной удачей спектакля, той крепкой, красивой нитью, на которую нанизались остальные «семейные истории в двух частях» (именно так звучит подзаголовок спектакля). Свою Катю Валерия играет сильной, сдержанной, болезненно переживающей происходящее. Такие, как она, умеют стиснуть зубы ради неведомой и ненужной гордости, но совершенно не умеют поговорить об этом с самым близким человеком. Впрочем, Митя в исполнении Рощина и не дает ей такой возможности - настолько он резок и категоричен. Вторит этому и внешний рисунок роли - его будто ломает собственная драма, невозможность найти лад не только с Катей, но и с самим собой. Его танец в первом акте - как символ саморазрушения, болезненных попыток сделать хоть что-то, поскольку невозможно так, как сейчас. Невольной, третьей жертвой разлада Лавровых выступает Ирина (Оксана Катанская), влюбившаяся в Митю нарядная красотка, яркая бабочка, залетевшая нелепо и случайно в сюжет - но и она будет наказана ненужностью. Нужно видеть, как отыгрывает Валерия Ерошенко приход Кати в их уже бывшее совместное с Митей жилье. В руках - коробка с тортом. К чему этот торт? Неужели надежда на примирение? Тихо заходит, видит голые плечи, растрепанные волосы Ирины, прижавшейся к Мите. Ни крика, ни удивления - значит, так...что ж, этого следовало ожидать... Рушится, катастрофически ломается их жизнь, оба бегут в ненужную и горькую свободу друг от друга. I want to break free...

И все же любовь неумолимо найдет героев, бросит Катю и Митю в объятия друг друга, но как поздно, как трагически поздно это случается. «Я скучаю по тебе, Митенька, скучаю по тебе!» - падает Катина остриженная, темноволосая голова на больничной подушке то в одну, то в другую сторону, вздрагивает ее хрупкое тело, примотанное к кровати не то бинтами, не то подвенечной фатой. И он не выдерживает, бросается к ней, сдирает эти страшные бинты, чтобы прижать к себе и никогда больше не отпустить. И даже после замыкающей спектакль песни «С любимыми не расставайтесь» Максима Фадеева, которую все персонажи, выйдя на авансцену, исполнят вживую, в памяти останется отчаянный крик: «Я скучаю по тебе!»

Но перед этим, в финале действия - снова видеоряд. Снова жених и невеста. Белое платье, крупные планы переплетенных рук. Всё как в начале спектакля. Но теперь у новобрачных лица Мити и Кати. Должно быть, это кадры «до». Впрочем, кто-то решит, что «после», что у героев была вторая, еще более желанная и дорогая, отвоеванная вопреки всему свадьба. И пусть. Может, это так и есть.

Наталья Зотова,
«Страстной бульвар, 10», N7-227 2020 г.

Фото автора

04.04.2020, 311 просмотров.

  • 75 лет
  • Bus.gov
  • белпресса
  • Год памяти
  • Гранты
  • клуб31
  • конкурс
  • Нацпроект
  • Памятные даты
  • Профсоюз_работников_культуры