Что поделать? Вот так странно устроены мозги театрального рецензента! Непременно ему нужно догадаться интуитивно либо путем затейливых аналитических операций установить: почему, зачем, для чего именно этот режиссер именно в это время берет для постановки именно эту пьесу? Впрочем, нетрудно понять, чем привлекла внимание режиссера Виталия Бгавина ранняя пьеса Жана Ануя «Бал воров». Конечно же, - яркой театральностью, острой интригой, каскадом комических ситуаций. И спектакль, действительно, получился красивым, нарядным, зрелищным.
Атмосфера курортного городка воспроизведена в оформлении спектакля лаконично и точно. На заднем плане виднеются паруса яхт, с эстрады приморского ресторанчика льется томная мелодия, шезлонги приглашают к принятию солнечных ванн, а ширмы скрывают от посторонних глаз чьи-то тайны. В этих декорациях три вора-неудачника, столкнувшись с «последними из могикан» европейской аристократии, потерпят профессиональное фиаско. Но для двоих из участников хитроумного спектакля, тонко срежиссированного скучающей старой леди, этот проигрыш обернется победой. Победой любви над обстоятельствами, преградами и предрассудками.
Но прежде чем действие придет к невероятной развязке, зрители будут с интересом следить за развитием интриги курортного маскарада, сопровождаемого переодеваниями воришек, сменой роскошных аристократических туалетов, песнями, танцами, пантомимой. Заслуженная артистка России Ирина Драпкина заставит публику любоваться капризной, вздорной, своенравной леди Хэф, которая с отчаянным азартом пускается в рискованную авантюру, дабы разнообразить размеренное бытие отставной светской львицы. Народный артист России Владимир Бондарук предстанет забавным в житейской неуклюжести и стариковской тугоухости, однако ничуть не растерявшим благородства осанки и манер лордом Эдгаром. Игорь Нарожный в роли Петера Боно вдоволь посмешит комизмом несоответствия человеческой недотепистости героя с функцией «крутого» главаря воровской шайки. А Иван Кириллов и Андрей Манохин в ролях разорившегося банкира Дюпон-Дюфора и его сына будут уморительно похожи на охотничьего пса, потерявшего добычу, и суетливого, истерично повизгивающего щенка.
...На этом маскараде недотеп, неумех, неудачников завязываются две любовные истории. Одна из них - молоденького воришки Гюстава и юной наследницы миллионного состояния Жюльеты - завершится счастливой развязкой. Артисты Сергей Пименов и Ольга Казакова так смешны, трогательны, естественны в проживании отношений своих героев, что финальная сцена с полудетской возней, дурашливыми катаниями-кувырканиями проходит под аплодисменты и смахивание слез умиления в зале.
Другая же история - вора Гектора и старшей наследницы Евы - заканчивается ничем и никак. И сколько бы ни старался Гектор (арт. Игорь Ткачев) найти тот образ, в котором понравился Еве (арт. Оксана Бгавина), сердце девушки не отзывается на его чувства. Может быть, она ждет «срывания всех и всяческих масок», желает увидеть его настоящее лицо? А может быть, драма Евы - в отсутствии желаний? Но ведь для чего-то режиссер возвышал, приподнимал, романтизировал образ героини? Для чего-то заставлял Еву так радостно, словно в предвкушении будущего счастья, отдаваться стихии воды и с такой полнотой чувств петь о любви? Неужели для того, чтобы в сцене прощания она смотрела исключительно внутрь себя, не бросив и взгляда вслед уходящему Гектору? Увы, внутренняя история Евы и логика развития её сценического характера обрисованы в спектакле довольно туманно, и зрителю остается только догадываться о мотивах её поступков. От недосказанности, непроясненности разрушается антитеза двух любовных историй - состоявшейся и несостоявшей, и вместо грусти о несбывшемся рождается недоумение.
Жаль, конечно, что режиссер не добавил немного горчинки во французскую легкость (а когда-то это ему замечательно удалось в «Единственном наследнике»!). Впрочем, «легкое дыхание» спектаклю «Бал воров» еще предстоит обрести - чтобы действие не «буксовало» в эффектных, но все же вставных, номерах; чтобы многозначительные паузы не тормозили динамику темпоритма; чтобы несвойственные жанру подтексты актерского исполнения не разрушали стилевую целостность спектакля. И тогда, наверное, не нужно будет задаваться вопросами - почему, зачем, для чего? А главная мысль спектакля сформулируется просто и ясно: все, что нам нужно - это любовь. Ибо как прекрасно вслед песне, льющейся с эстрады, слышать и повторять: Only You... «Только ты...»